|
Бегу по темным дворам нашего гетто. Ощущение, что в Бихаре, самом бедном штате Индии. Только в Индии не так стремно, как здесь. В воздухе витает дух реального апокалипсиса. Как будто население вымерло после эпидемии, и остались лишь мутировавшие жители Эльмаша (включая меня). По дворам сидит гопота и гогочет матом на весь квартал. Эхо раздается между прижатыми к друг другу пятиэтажками. На помойке возле общежития бабушка со внуком роются в вещах при свете тусклого фонаря, который освещат сам себя.
- Ба, смотри, кто-то чайник выкинул. Давай возьмем. Ну баааа.
- Только осторожно, палочкой его подцепи, дома отмоем.
Приближаюсь к дому, передо мной во двор забегают дети. Не знаю, почему они так поздно шатаются на улице. Кого-то увидев, они с ором разворачиваются, чуть не сбивая меня с ног, уносясь обратно за дом. По мне проступает холодок, но идти все равно надо. Я пристально вглядываюсь в темноту, ищу, то, что так испугало детвору. Посреди двора, еле держась на ногах, стоит чувак с вымазанным сажей лицом, в рабочем комбинезоне и с выключенным фонариком на лбу. Он говорит в пространство: "Пустота — главное достояние нашей Родины".
Привет, диггер, ты мне не опасен. Ты познал мистическую глубину нашей необъятной.
|
