Lizzis Mother › Первый раз в Индию

Это блюдо тандури

Пляж Богмало

Самолёты

Сансет

В Мумбаи большая часть пассажиров вышла, мы спали в креслах. Сквозь сон я видела, что секьюрити ходят и проверяют отсеки для ручной клади. Несколько раз они останавливались за два ряда от нас и спрашивали: «Чей чемодан?» Салон был почти пустой, они взяли чемодан и вышли. Тут до меня дошло, что это чемодан Аркадия, он положил его в соседний отсек, потому что над нами был чем-то занят.

Я разбудила Аркадия. - У тебя был черный кейс? - Да, был, – спросоня. Беги на выход, его уже унесли.

Представляю, человек спал, и тут ему говорят, что надо бежать догонять свой чемодан на лётное поле. Слава Шиве, всё обошлось, и потом мы летели ещё часа 4.

Прилетели с опозданием. Где-то у аэропорта нас должен был встречать представитель турагентства SITA. Поэтому мы по ковру мимо красот, мимо мудр поспешили на выход, но не смогли не заметить, что аэропорт Индиры Ганди очень уютный.

Нас дожидался молодой индус в чёрной кожаной куртке, несмотря на жару, которую мы ощущали. Мы загрузились в белый мини-вэн как раз на 5 мест, сумки шофер привязал на багажник. Нашего гида звали ПратапЦы. Мы его хотели звать Потапычем, но он запротестовал, сказав, что его имя носил один из королей Раджастана – Махараджи Пратап Синх I, национальный герой, борец с моголами. А водителя звали Правн, это имя легче запоминалось, ключевое слово – креветка. Так вот, мы с ними познакомились и сразу поехали в Раджастан, потому что программа по осмотру Дели сорвалась из-за опоздания самолёта. В Дели мы заезжали обедать в ресторан.

Ресторан понравился. Я не ем мяса, и все индийские блюда принимаю на «ура». Потапыч тоже с нами ел, он сказал, что очень любит мясо, курицу, и когда он учился на гида в Москве, то питался исключительно курицей и рисом, больше ничего не мог есть, как-то выжил в холода. Ещё Потапыч сказал, что в Дели всего 10 гидов в компании SITA ведут русские группы, не хватает их, и он хочет иметь 10 детей, чтобы все они стали разноязычными гидами. Дели мне показался просторным, пыльным, имперским.

Как экскурсовод Пратап-Цы был не интересен. Во-первых, он недостаточно знал русский, во-вторых, смысл многих наших вопросов от него ускользал, в-третьих, в экономике, промышленности он вообще не шарил. Он не знал, например, откуда в Индии бензин, есть ли нефтеперерабатывающие заводы и т.п.

Вот мы выехали из Дели. Первые два часа неотрывно смотрели в окно на чудеса, творящиеся вокруг. Как мы всех обгоняли, подрезали, притирались между грузовиками, пипикали. Прав был тот, у кого громче сигнал, зеркала заднего вида у многих были сложены, зачем они? За ситуацию отвечает тот, кто едет сзади. Вдоль всей трассы шла стройка. Какие-то многоэтажки, целые высотные микрорайоны среди степи. Синх молчал, и мы между собой обсуждали всё увиденное. Когда мы горячились: «Что он делает, зачем он выехал на встречку!», Потапыч, сидевший в первом ряду, поворачивался и говорил: «Если вы боитесь, то я могу сказать водителю, чтобы ехал помедленней, но тогда мы приедем ночью». Мы уже знали, что 250 км по трассе займёт около 6-ти часов по времени. Рассматривали коров, верблюдов, зебу, буйволов, многие из которых брели вдоль дороги или задумчиво стояли поперёк.

Много фотографий дороги. Дорога по первому катету из Дели в Джайпур была более интересной и лёгкой, нежели Джайпур-Агра и Агра-Дели.

А вдоль дороги мёртвые с косам стоят неожиданно вырастали индийские боги

Как странно, что вы летели из Гоа в Дели через Мумбаи и что от Мумбаи до Дели это заняло 4 часа.... Обычно все летят напрямую и это не дольше 2 часов.

Баттерфляй, так получилось. что прелёт из Гоа в Дели занял столько же времени, как из Новосиба в Гоа. Возможно, Мумбаи-Дели летели 2. 5 часа, но вместе с пересадкой вышло 5-6.

Мы въезжали в Джайпур к вечеру, зажигались огни. По дороге встретили только одну аварию, как ни странно, но искусство виртуозного вождения и протискивания в малейшие щели в пробках были нами оценены по достоинству. Наш драйвер был супер!

Когда мы въехали в жилую часть города, Протап-Синх повёз нас в район, где живёт «низкий каст», как он выразился. Мы углубились в район, который занимал большую часть города, я думаю. Тот адЪ, что мы видели на трассе, сменился ещё более необычным зрелищем. Мы расталкивали машиной толпы людей, которые копошились всюду, как муравьи. Было непонятно, откуда они все вывалили: дети играли, подростки чинили мопеды, коровы лежали, овцы блеяли, всюду шум и гам, взрослые активно проживали тёплый февральский вечер, свадьбы пели и плясали, лампочки мигали. Машин на дороге не было, один наш крейсер врезался в этот бедлам, и тут же сзади толпа смыкалась. Я спросила, можно ли тут пройти турист? –Неет, туристам опасно...

Я подумала, что без индийских друзей мы бы ни за что не сунулись на эти улицы. Зрелище было сногсшибательным. Наш гид всё спрашивал у встречных, как проехать, и вот, отель оказался совсем рядом с районом низких каст, но обнесён железной сеткой и с охраной, слава богу. Прямо за ограждением открывался вид на мусорные кучи и прочий шит.

По программе мы должны лишь переночевать в этом отеле. И все эти три дня мы настолько уматывались, что засыпали за ужином после рюмки рома. Утром ранний подъём.

До первой поездки я ничего не знала об Индии, но в большей степени благодаря беседам в нашей маленькой группе, что-то стало проясняться. Индийский гид постоянно произносил сакраментальную фразу: «Индия – это страна, где свободно может ходить женщина и животное».

Мы посещали дворцы, сразу отыскивали Диван-и-Ам (зал для публичных приёмов раджы) и Диван-и-Кхас (зал для личных аудиенций). Смотрели на причудливую индийскую архитектуру, каменные орнаменты моголов и индусов. Поскольку наш гид не очень хорошо владел русским, то многое осталось для нас тайной. Он показывал, где женщины жили на своей половине во дворцах, чем занимались жёны, когда раджапуты вели войны, как женщины делали «Добропожаловть», - кидали цветочки с балкона. Некоторые его слова угадывались по смыслу: «жёлта» - это золото и т.д.

Потапыч сказал, что он из сословия кшатриев, должен носить золотые серёжки и усы – обязательно. Его семья живёт в деревне, обрабатывает землю. Недавно он женился, невеста вышла замуж в 23, теперь она носит чадру, открыты одни глаза. Я спросила про всякие традиции, раннее замужество, кого он ждёт первенцем, на всё он дал отрицательный ответ, типа никаких пережитков и принуждений давно нет, всё как у нас.

На дороге, конечно, поражает их умение ездить всей семьёй на мотике со спящим младенцем

Ещё удивлялись, когда в кабину набьётся человек семь, и спина водителя торчит из машины. Руки и ноги его в кабине, а сам он выгнулся и почти снаружи)