Путеводитель Форум Блог Новости   Реклaма

Shtenka › Чаепитие на крыше мира. В гостях у памирцев

Ремонт туалета занимательный дизайн туалета.
Карма 686
Ответить
30.03.2009
В сентябре 2008 года мы с Moony совершили путешествие на Памир. Сразу после поездки один журнал предложил мне написать статью. Статью я накатала, ее опубликовали, но редакция так до сих пор материал не оплатила. Сотрудничество с этим журналом, которое не успело начаться, тут же и прекратилось. А текст остался. Вот, думаю, че он пылится у меня в компе? Тем более лето не за памирскими горами, самое время собираться на крышу мира.

УАЗик трясет на разбитой дороге Ош - Мургаб. Девушка напротив поджимает босые ноги и держится за голову, которая раскалывается от горной болезни. «Что ж ты носки не надела, раз на Памир собралась? Памир – крыша мир. Это тебе не шутка», - говорит ей дед-киргиз и поправляет войлочный колпак. В машине восемь человек – пятеро киргизов и трое туристов-путешественников. Мы с Сашей – создатели популярного в Рунете сайта о путешествиях по странам Азии www.indostan.ru. Наш попутчик – Энди, юрист из Лондона. Нам вместе предстоит отправиться в Горно-Бадахшанскую автономную область (ГБАО) в Таджикистане и прокатиться по Памирскому хайвэю, известному своей красотой и имеющему опасную славу «опиумной дороги», по которой из Афгана перевозят героин. Памирское шоссе – интереснейший туристический маршрут, который, однако, не загружен туристами. Перевалы в 4 с лишним тысяч метров, желто-красно-бурые горы, зеркальные озера, сумасшедшее синее небо и знаменитое гостеприимство памирцев – вот, о чем мы мечтаем.

Гражданам России виза в Таджикистан не требуется, равно как и пропуск в ГБАО. Для российских туристов это просто подарок – иметь у себя под боком такой интересный регион как Средняя Азия, где в каждую из стран (кроме Туркменистана) можно въехать без визы.

Парадоксально, но факт – на среднеазиатских дорогах скорее встретишь какого-нибудь француза или австралийца, чем русского. Россиянам этот регион с туристической точки зрения пока совершенно неизвестен. Полная terra incognita. Непонятно, что там делать и как там вообще быть? Оказывается, туристическая инфраструктура в Средней Азии развита даже лучше, чем у нас в России. С гостиницами и турагентствами, которые помогут организовать тот или иной маршрут, проблем нет. К тому же, заняться есть чем: рафтинг в Таджикистане, архитектурные достопримечательности Узбекистана, природные красоты Казахстана и проживание в юртах казахов. И, разумеется, горные походы по великолепному Тянь Шаню в Киргизии. На пик-семитысячник Хан Тенгри, что на востоке Кыргызстана, можно взойти за 1200 евро, покрывающих расходы на вертолет, гидов, носильщиков и полное обслуживание в течение трех недель. Русским в Средней Азии даже легче, чем иностранцам – здесь все знают русский язык и относятся к нашим людям, кстати, очень доброжелательно – как к двоюродным братьям-сестрам. Но вернемся к нашим Памирам.

Отправная точка

Мургаб удивил лесом деревянных столбов и лианами электрических проводов посреди горной пустыни. Несмотря на это, электричества здесь считай, что нет. Раньше в кишлаке жило 2 тысячи человек, теперь население увеличилось в три раза, и напряжения на всех не хватает. В некоторых домах имеются генераторы. Но, в основном, лампочки в домах питаются от солнечных батарей. Чтобы сделать ксерокопию паспорта для обязательной регистрации в Таджикистане, нужно купить бензин, который заливают в генератор, от которого питается ксерокс. Немыслимая по своей сложности процедура. Впрочем, это даже забавно.

С проживанием в Мургабе проблем нет. В селе некоторые семьи держат гест-хаусы – гостевые дома. В них и впрямь чувствуешь себя желанным гостем. За ощущение домашнего уюта не жалко 5 долларов в сутки. Ресторанов в Мургабе, как и во всей таджикской глубинке, не наблюдается, но хозяева гест-хауса приготовят обед всего за 3 доллара.

В Мургабе можно нанять машину с водителем и поездить по окрестностям или отправиться по Памирскому шоссе. Цена – 40 центов за километр, плюс 10 долларов в день водителю. Если хочется пойти в горы пешком, то не проблема нанять проводника за 15 долларов. Погонять на велике? Легко! Мургабский житель по имени Памирбек сдает неплохие немецкие велосипеды за 6 долларов в день... Но, боюсь, у вас может сложиться впечатление, что Мургаб – этакий развлекательный туристический центр, по улицам которого вальяжно прохаживаются иностранцы. Вовсе нет. Все памирские поселения – тихие местечки с белостенными домами, где люди заняты своим нехитрым хозяйством. А туристов здесь совсем не много. Особенно в начале сентября, когда сезон уже подходит к концу. Стоит только отойти от села на несколько километров – и уже трудно поверить, что на свете существует еще кто-то, помимо тебя, этих гор и невероятного неба. Тишина льется в уши.

В местной туристической организации META (Мургабская Ассоциация Экотуризма) наняли джип для четырехдневной поездки по Памирскому шоссе и Ваханской долине. За счастье оказаться в местах, где пролегал Шелковый путь и путешествовал Марко Поло, платим 480 долларов и радуемся как дети, потому что мало кому вообще приходится там бывать. К тому же хочется помахать рукой афганцам, пусть даже с другого берега реки.

Белая мечта

Памирское шоссе – совершенно пустынная трасса. Ощущение оторванности полное, и в этом кайф. Здесь настолько высоко, что облака ходят по земле. Реально – они вертикальные. Сворачиваем с трассы и гоним по горной пустыне, пересекая пересохшие русла рек. Впереди пять юрт, место нашей первой стоянки. Юрты памирских киргизов – настоящие произведения искусства. Все эти войлочные коврики и плетеные ленты хозяева создают сами. Я не могу поверить своему счастью, что это наша юрта, пусть даже на одну ночь. И всего за те же 5 долларов – стандартная цена за ночлег во всем Горном Бадахшане. Хозяйка расстилает в юрте «дастархон», по русски - стол, а по сути - скатерть-самобранку. На столе появляются домашний хлеб, йогурт, обалденное ячье масло и чай. Снова ловлю себя на ощущении, что я – дома. Знаю, что мы не первые и не последние туристы в этом месте, но чувство такое, как будто мы самые дорогие гости для нашей Райхон. Поднимаюсь на пригорок над долиной. В эти места в юго-восточной части Памира на высоте в 4 тысячи метров уже в начале сентября приходит зима. От ветра и снега прячусь под камнем с петроглифами – древними наскальными рисунками. Здесь изображены горные бараны – архары, которых Пржевальский окрестил «Марко Поло» в честь знаменитого путешественника, впервые описавшего архаров в своей книге. В сентябре архары перебираются из Афганистана сюда, на Большой Памир, но пока их не видно.

Я смотрю на наше крохотное поселение, совершенно одинокое и удаленное от современной цивилизации. Обесточенный Мургаб кажется мегаполисом по сравнению с этим жилищем памирских киргизов. Пять юрт, стадо яков, печка для хлеба, старый УАЗик – вот все, что у них есть. И, как ни странно, этого им достаточно. Местные называют свой маленький кочевничий рай «Ак-Тилек», что означает «белая мечта». Я вижу, как на долину идет туча, и снег засыпает горы и юрты. Ночью температура опускается до минус трех, но в юрте греет печка. Райхон достает толстенные одеяла. Есть в этом что-то из детства человечества – спим бок о бок, на войлочных коврах, в круглой сказочной комнате. Я засыпаю под гул огня и шум ветра и загадываю желание – обязательно когда-нибудь вернуться в мою «белую мечту».

У каждого дома есть окна вверх

Следующие дни мы провели в гостях у памирцев в Ваханской долине. Проезжая вдоль берега реки Памир, разделяющей Таджикистан и Афганистан, я вздрогнула от внезапного осознания, что еду по границе бывшего СССР. По прихоти советских вождей граница легла здесь, разделив единый народ Ваханской долины, который имеет одни культурно-исторические корни и один язык. У многих таджикских ваханцев есть родственники в Афгане, которых те никогда не видели и, скорее всего, не увидят. Хотя их разделяет лишь полоса реки в несколько метров.

Памирское гостеприимство – не миф. Трудно было пройти по улице кишлака, чтобы нас кто-нибудь не зазвал погонять чаи. Памирцы живут скромно, но на угощения не скупятся. Мы не успевали сесть за стол, как перед нами появлялся каравай черного памирского хлеба, печенье, карамельки и «шир чой» - традиционный чай с молоком и солью. Это и есть завтрак памирца – большая пиала шир чоя с накрошенным в него свежеиспеченным хлебом.

Памирцы живут в домах, чья конструкция восходит к зороастрийцам-огнепоклонникам. Символика претерпела изменения, но архитектура остается прежней вот уже 2500 лет. В центре огромной комнаты пять колон, символизирующих пять главных пророков ислама. По периметру помещения имеются обширные возвышения. На них и проходит домашняя жизнь памирцев: там они едят, спят, хлопочут по хозяйству и принимают гостей. В потолке над центром комнаты – единственное окно, заключенное в четыре концентрических квадратных отверстия, символизирующих четыре стихии.

Памирцы исповедуют исмаилизм, разновидность шиитского ислама. У них нет мечетей и иерархичного духовенства, в отличие от остальных мусульман они молятся только два раза в день, религиозные собрания проводят дома или в общинных центрах. В каждом памирском доме висит портрет духовного лидера исмаилитов Ага Хана. Во время гражданской войны в Таджикистане в 90-х годах благотворительный фонд Ага Хана реально спас от голода весь Горный Бадахшан. Памирцы считают его живым богом и называют не иначе, как «наш Господь, который шлет нам пищу». Памирцы говорят, что сегодня ситуация нормальная. Им есть, с чем сравнивать. Пусть работы в Таджикистане нет – большинство людей зарабатывает в год где-то по 250 долларов – зато сегодня никто уже не голодает. Почти все взрослые мужчины находятся на заработках за границей, в основном, в России. И теперь, когда на улице Москвы я вижу таджика, мне в голову приходит мысль: возможно, в его доме на Памире мы пили чай...

Памир! Я снова вспоминаю, как Сашка, Энди и я залезли на старую крепость Абрашим Кала над Ваханом, которая прежде охраняла этот отрезок Шелкового пути от китайских и афганских захватчиков. Перед нами лежал Ваханских коридор, отделявший когда-то зоны влияния Российской и Британской империй. Вот ведь ирония судьбы – сегодня мы, двое русских и англичанин, путешествуем вместе по землям, на которых наши соотечественники еще 100 лет назад шпионили друг за другом. Но сегодня нам нечего делить. Эта земля принадлежит памирцам, и мы ее гости. Мы находимся на одной из самых мощных горных систем планеты – Памире, а на той стороне Ваханского коридора снежными пиками взмывает к небу еще один горный гигант – красавец Хиндукуш.
Карма 141
Ответить
30.03.2009
Дивно! А правда, горные таджики часто светлокожи и голубоглазы, как об этом говорят? И делают винище и водку, как их соседи калаши и хунза? Вы видели там виноград, туту и абрикосы?
Карма 168
Ответить
30.03.2009
Вроде всё точно, кроме вот этого.
Shtenka
Россиянам этот регион с туристической точки зрения пока совершенно неизвестен.

приезжаютс россии каждый год и много. А во время ссср уж тем более.
Moony м
Карма 4773
Ответить
30.03.2009
AlexMos
Дивно! А правда, горные таджики часто светлокожи и голубоглазы, как об этом говорят?

Всякие попадались.

AlexMos
И делают винище и водку, как их соседи калаши и хунза?

Мы непьющие, так что, к сожалению, ничего сказать по этому поводу не можем.

AlexMos
Вы видели там виноград, туту и абрикосы?

Ничего из этого не видели.
Карма 168
Ответить
30.03.2009
AlexMos
Вы видели там виноград, туту и абрикосы?

Shtenka пишет о Мургабе, район Восточного Памира. Это 3000 метров над уровнем моря. Там не растут тутовник, абрикосы, там деревья то не растут. Ну разве что эфедра и колючки.

Все что вы пишете, растет в Хороге и ниже 2000 км.-Западном Памире.
Карма 1124
Ответить
30.03.2009
Shtenka
Shtenka

Спасибо за аппетитный рассказ, тоже хочется:))

и еще вот это -
Shtenka
Тишина льется в уши.
- красота!
Карма 141
Ответить
30.03.2009
У соседей (калаши, хунза) на подобных же высотах растет. Более того, обильно растет. И славится далеко за пределами этих местностей.
Карма 686
Ответить
30.03.2009
animaida
приезжаютс россии каждый год и много. А во время ссср уж тем более.

Честно скажу. Русских в Таджикистане встретили только 2 раза - в Хороге и Душанбе, это были 2 группы, которые сплавлялись по реке Зеравшан. На памирском шоссе не встретили ни одного соотечественника. За 2 недели на Тянь Шане были замечены две пары из России: с парой из Уфы мы вместе трековали на озеро Алакёль, другая пара из Перми проезжала мимо на великах в Джети-Огуз.

Времена СССР прошли, и теперь местные отмечают, что туристов из России приезжает гораздо меньше, хотя никаких препятствий для пребывания русских туристов в Средней Азии нет. Наоборот - до 3 месяцев в любой стране можно находиться. Иностранцам же приходиться заранее делать визы, которые еще не так просто получить. И в итоге мы в Тянь Шане сидим в компании поляков, немцев, американцев, ирландцев, англичан, чехов и бог знает кого еще... а где, спрашивается, русские?

Я пишу о том, что вижу своими глазами. Образ Средней Азии после распада СССР для российского туриста пока остается неясным. Мы сами до среднеазиатского трипа не знали, чего ожидать. Читали в Интернете всякие страшилки про тамошних ментов и пограничников. Оказалось, милейшие ребята. )
Карма 686
Ответить
30.03.2009
tash-tash
Спасибо за аппетитный рассказ, тоже хочется:))

И тебе спасибо на добром слове. )

А мне знаешь что хочется? Пройти пехом от озера Караколь в долину Бартанга. Или на великах. Мечтаю! Хотя на велике не умею, но обязательно научусь.

Памир - моща!
Карма 686
Ответить
30.03.2009
А еще есть мечта вернуться в ту юрту в Ак-Тилек, пожить у Райхон за пазухой хоть бы неделю, побродить, порисовать, поспать на войлоке, попялиться в круглую дырку в потолке, покашеварить на кочевничьем огне. Эх, белая моя мечта!
Войди или зарeгиcтpируйся, чтобы писать
Наши группы
Случайные топики