Форум Блог Новости Путеводитель   Реклaма
Северная Индия Южная Индия  

Отчеты о поездках › Фестиваль Тейям. Танец духов Северной Кералы

Карма 687
Ответить
4.04.2007
Керала не только родина аюрведы, театра Катхакали и писательницы Арундати Рой. Этот маленький штат отличает крутой замес различных религий – христианства, индуизма и ислама. И порой здесь непримиримые религии образуют странный синтез, плюс примешиваются местные верования в духов (которых здесь называют бхута). Все это вместе воплощается в форме странных и удивительных ритуалов. Точнее, во множестве странных и удивительных форм ритуала Тейям (по-английски - Theyyam, местные произносят - «тэйем» с ударением на второй слог).

Тейям

Тейям – древний ритуал, распространенный в северной Керале, и, несомненно, культурная изюминка этой части штата. Даже более изюминка, чем театр Катхакали, ибо Катхакали – продукт классической индийской культуры, и ему можно научиться в танцевальных школах. Тейям же – чисто народное ритуальное явление, и этой традиции (исполнению роли духов) в школах не учат, она передается внутри отдельной касты от отца к сыну. Эта каста называется ваннан, она считается низкой, ее члены могут не быть вегетарианцами и употреблять алкоголь. Но есть несколько дней в году, когда человек из низкой касты может подняться до высокого уровня брамина – это фестиваль Тейям. Именно этим мясоедам-выпивохам поручена почетная (и в то же время с точки зрения обывателя - опасная) миссия – играть роли богов и духов. Точнее даже не играть роли, а, так как это религиозный ритуал, - становиться медиумом, когда могущественное божество или дух входит в тело человека, чтобы исполнить просьбы своих поклонников.

Тейям происходит из северокеральской традиции поклонения священным духам – она называется Бхутарадхане. Ох, сколько, должно быть, различных духов обитает в Северной Керале, если разновидностей Тейяма существует более 400! Дело обстоит так. Существуют святилища, маленькие храмы, в которых поклоняются тому или иному духу или божеству. Определенный храм принадлежит определенной семье или общине людей, верующих и поклоняющихся определенному духу. Эти храмики разбросаны по всей Северной Керале, их около 800. Зачастую они скрыты в маленьких деревнях, в кокосовых рощах и зарослях кешью. Это самые настоящие местечковые святилища, окутанные тихой деревенской атмосферой и зеленой пеленой тропического леса. Хе-хе. Получается, что я нарисовала идиллическую картинку-приманку для туристов. Что ж, Тейям действительно может стать для путешественника по Керале тем, что называется local experience. Но его придется еще поискать. Все объявления о фестивалях Тейям написаны каракулями этого невероятного языка малаялам и, коль уж с тобой случилась такая незадача как незнание малаялам, то нет никакой возможности узнать – ГДЕ, кроме как заловить какого-нибудь прохожего и долго мурыжить его расспросами, тыкая в яркую картинку с изображением исполнителя Тейяма.

Сезон Тейяма длится с октября по май. Пик сезона приходится на период с декабря по март включительно. Просто обращайте внимание на объявления с яркими картинками исполнителя Тейяма, облаченного в умопомрачительно красивый и невероятный красный костюм, куда входит шикарный головной убор иногда до 7 метров в высоту. (Вот уж где изошлись бы завистью модельеры!).

Что еще сказать про Тейям? Ну, пожалуй, вот что. Святилища эти открыты для всех: индуистов, христиан, мусульман и последователей других религий. Иногда в Тейяме присутствуют персонажи духов-мусульман, и мусульмане приходят туда за благословением. Как справедливо отметил автор статьи про Тейям в одной из местных газет: в таких местах царит дух истинно индийских ценностей - гармонии и мирного сосуществования разных людей.

Это была, так сказать, теория. А теперь я расскажу, что нам довелось увидеть на практике.

Парсиникадаву или святилище Шивы-охотника

Парсиникадаву – деревушка в 16 км от Каннура. В путеводителях только это место обозначено как доступная и гарантированная возможность увидеть ритуал Тейям. Вот мы туда и поехали.

Прибыли днем. Узнали – тейям должен быть вечером. Здесь было много паломников. Храм отнюдь не утопал в зелени леса – он был погружен в суету торговых рядов и гостиниц. Такова участь всех популярных мест. Мы попробовали найти жилье, но не тут то было. Обошли все гесты – фиг. Везде получали стандартный ответ: «но румс», «фуль». Дело, видимо, было не в том, что все гостиницы и впрямь были переполнены, дело было в том, что мы иностранцы. То ли они принципиально не селят иностранцев, то ли у них нет соответствующих бланков регистрации. Единственный вариант, куда нас бы пустили, стоил 700 рупий за номер. Так раскошеливаться не входило в наши планы. Безрезультатно пооколачивавшись возле пыльной лоджи на автостанции (администратор где-то безвылазно зависал – то нам говорили, что он «лежит под бананами», то он вдруг куда-то уехал, короче – типичная индийская волынка), мы даже успели смотаться (зачем-то) до соседнего крупного населенного пункта и тоже получили от ворот поворот.

Махнув на все рукой – будь что будет, – вернулись в Парсиникадаву почти к началу Тейяма. Зашли в храм. Я успела пройти несколько шагов, и вдруг поднялся жуткий лай. Меня окружили собаки (СОБАКИ? В ХРАМЕ? ОТКУДА?), их лай отдавался гулким эхом на весь зал. Я моментально привлекла к себе внимание. Первая мысль: «Что такое? Что я сделала не так? Скорей отсюда!». Но задержалась у алтаря и встала как вкопанная. Собаки побегали вокруг, обнюхали и, угомонившись, вернулись на свои лежанки. Вот и познакомились, значит.

Итак, я стояла перед алтарем. На самом деле, это было то самое «святилище духов» (маленькое), над которым был выстроен больших размеров светлый и просторный зал современного типа, с вентиляторами. На другом конце зала - проход к реке, там устроена купальня. На другом берегу реки (довольно широкой, выходящей в канал) – тропический лес с пальмами. Видимо, раньше это святилище стояло прямо под открытым небом на берегу. К сожалению, фотографий святилища у меня нет, – мы постеснялись фотографировать внутри. Но зрелище, конечно, впечатляющее. Святилище походило на древнюю избушку на курьих ножках со странными резными физиономиями, венчающими крышу. Спереди избушка была вся уставлена серебряными и золотыми фигурками собак – большими и маленькими. Все это было очень, очень странно. Оказывается, собаки здесь – неотъемлемый атрибут Шивы-охотника, Шри Мутаппана, которому издавна поклоняются в Парсиникадаву. Поэтому и живые собаки здесь обитают – их лелеют, кормят, и они также участвуют в ритуале Тейям (в чем мы впоследствии воочию убедились). Сильно веяло каким-то шаманством-язычеством.

Пока шли приготовления к ритуалу (вечерний ритуал начинается в 18.30), мы решили искупаться после дневных мытарств. Муни выплыл на середину реки и вдруг давай мне орать: «Смотри, летающие рыбы!». И действительно: по реке проплывала-пролетала стайка летучих рыб. Я полезла в женскую купальню, она отделена от мужской железным заслоном. И обвернувшись гамчей (удобная вещь, всегда таскала ее с собой), с превеликим удовольствием смыла пыль дорог. Местные женщины не проявляли особого внимания к моей скромной белой персоне, - они мылись, и я мылась, нормальная бытовая ситуация. Зато индийские мужики – вот ни стыда, ни совести! – обнаглели совсем. Я-то успела помыться, а вот нашей попутчице Наталье не повезло. Как только она зашла в купальню (к тому времени все индианки уже рассосались), тут же на реке образовался мужик в лодке и бесцеремонно начал пялиться, издалека этак, выбрав удобную точку наблюдения. Пришлось нашей мэм-сахиб отказаться от вечерней ванны.

А тем временем ритуал начинался. В зале было много людей, женщины по одну сторону от святилища, мужчины по другую. Несколько мужчин стояли совсем рядом с алтарем – видимо, это были члены общины или семьи, которой принадлежал храм. Застучали керальские барабаны и «на сцену» перед святилищем вышел главный герой. Я не уверена, был ли это сам Шива-охотник, потому что на всех открытках и плакатах Тейяма в Парсиникадаву присутствуют два персонажа: один с широченной черной бородой и в сногсшибательной шапке, другой больше похож на седобородого русского старца в более чем странном облачении – с разукрашенным телом и в красной юбке. Кто из них кто – мне так и не удалось выяснить.

Перед алтарем в тот вечер танцевал «старец». Танцевал? Нет, его движения меньше всего напоминали танец. Он ходил, подпрыгивал, совершал какие-то магические пассы руками, вскрикивал, и даже целился как лучник в божество на алтаре (в руках его действительно были лук и стрелы), входил внутрь алтаря, выходил из него и начинал двигаться, кричать и говорить еще более странно. Был ли это керальский язык малаялам или мы слышали нечеловеческий язык духов – так и осталось для меня загадкой. Но впечатление все это производило запредельное. От этого духа во плоти исходила сила, энергия именно что охотника, что-то диковатое, языческое. Но он был великолепен! Дух приветствовал членов общины и всех присутствовавших, говорил какие-то наставления и благословения. Хотелось, чтобы благословляющие жесты рук духа-охотника были адресованы и мне тоже. Хотелось быть частью этой удивительной мистерии. Да, а собаки, как только начался Тейям, тоже устроились поближе к алтарю и к «сцене» действа (свое привилегированное место эти четвероногие явно хорошо знают). Они тоже были частью ритуала – в нужном месте собачки полаяли, побегали, и, получив угощение, стали есть прямо тут же.

Спустя час-полтора народ начал стекаться от стен к алтарю на даршан (свидание с божеством). Мы тоже потолкались немного для полноты процесса и решили поспешить на последний автобус в Каннур. Говорят, утренний Тейям в Парсиникадаву в 5.30 – особенное явление. Но это уж как-нибудь в другой раз. Тем более, что вечерний ритуал нас тоже нимало изумил.

Арикадди. Там, где ислам и индуизм слились воедино

Храм Али Чамунди Кшетрам в деревне Арикадди – уникальное место, куда приходят поклоняться мусульмане и индуисты. Это отнюдь не очередное экуменистическое явление вроде Храма Лотоса. У храма в Арикадди давняя история.

Согласно легенде 800 лет назад здесь жил колдун-мусульманин Али Мантрика. Он был могущественным, но злобным магом и использовал свою магическую силу во вред людям. Люди молились богине Чамунди (Дурге), чтобы она избавила их от злого колдуна. Однажды, когда Али шел по дороге в деревню, богиня появилась перед ним в виде прекрасной женщины. Она знала, что магическая сила Али заключена в его талисмане. Женщина пригласила его искупаться в ближайшем пруду (понятно, что колдун прельстился на ее красоту). И в тот момент, когда Али снял свой талиман и собрался прыгнуть в воду, богиня Чамунди тут же убила его. Местное народное предание гласит, что после своей смерти Али взмолился богине и попросил прощения за все содеянное им зло. Богиня милостиво даровала ему возможность стать бхута (духом, небесным слугой) и приказала защищать и заботиться об ее преданных. Богиня также попросила людей, которые поклонялись ей в этом месте, соорудить святилище для Али рядом с главным храмом и обеспечить Али видную роль и достойное место во время ежегодного фестиваля Калийята (конец марта - начало апреля), когда исполняется ритуальный танец Тейям. С тех пор этот храм называется Али Чамунди Кшетрам, там поклоняются мусульманскому духу согласно индуистским ритуалам. Дух Али считается главой над всеми духами, служащими богине Чамунди.

Мы узнали о храме Арикадди, как водится, случайно. Паломничая по уютным храмикам северной Кералы, мы наткнулись на красочное объявление. Поймали прохожего и долго выясняли, что, где и как. Он послал нас в другой храм в другом городке. Это оказался храм Кришны. Получив даршан очень красивого божества Кришны, настойчиво расспросили браминов про фестиваль Тейям, который должен быть где-то неподалеку. Они очень доходчиво рассказали, как это место называется и как туда добраться. Через полчаса мы оказались на месте. Дорога, ведущая к храму Али Чамунди, была украшена красными флажками. Шли неторопливые приготовления к фестивалю. Место тихое, на краю деревни, очень милое. В храмике не было ни прихожан, ни браминов (мы приехали в сладкое время сиесты), но какая-то живая душа с ответ на наши расспросы ответила, чтобы мы приезжали через несколько дней к началу фестиваля...

Динамика событий фестиваля, как я поняла, идет по нарастающей. Кульминация и самый, как говорится, Тейям – в последние дни. Все очень неспешно, без суеты. Так что во второй раз, поспешив к самому началу, мы увидели все те же неторопливые приготовления и узнали, что «завтра открытие и будут вешать флаг». Флаг – это, конечно, хорошо, но как же Тейям? Нам посоветовали приехать еще через несколько дней. Вот они – вечно спешащий Запад и вечно неторопливый Восток. Н-даааа.... Мы уже собирались поменять место дислокации – переехать из северокеральского совершенно нетуристического Каньянгада в карнатакскую Гокарну с ее пляжами и белыми бэкпекерами. И это уже сильно вдалеке от Арикадди. Мои спутники махнули рукой на Тейям, я же внутренне была готова сорваться с гокарнских пляжей в надежде увидеть-таки ритуальный танец духов. Хотя апрельская жара уже начала напрягать мою психофизику.

В Гокарне жилось хорошо. И через несколько дней, набравшись сил и проветрившись на океанских бризах, мы вновь трясемся в локал басе. Назад, в Кералу. По дороге останавливаемся в Удупи и запускаем Кришну-космонавта на просторы бескрайней нашей Вселенной. Беседуем в автобусе о традиции бхута с керальской студенткой, которая ехала с большого религиозного праздника домой, а с утра у нее должен быть экзамен, и она сильно переживает. Ночуем в Касаргоде и наутро мы вновь в Арикадди.

А там уже что-то происходит! Толпы людей, брамины ходят туда-сюда... Ничего не понятно. Ага, надо позавтракать, а там разберемся. Я захожу в импровизированный чай-шоп (его еще несколько дней назад тут не было), стены и потолок которого сплетены из пальмовых листьев и заказываю что там у них есть на завтрак. Есть блины (до хрустящих дос им было далеко) и чатни и чай. Отлично! Съев свой копеечный южно-индийский завтрак, я растворяюсь в толпе.

И – вот он, первый бхута. У него забавный вид. Черная картонная маска, «уши» из пальмовых листьев, такая же юбка. Видно, он не очень важный бхута, ибо худ, мал, и вокруг его не вьются толпы поклонников, но он всем своим видом показывает, что он тоже часть Большого Процесса. Я его фотографирую. Он честно позирует, а потом стоит и пристально смотрит на меня черными глазами из-под маски. Сбитая с толку его видом, я сначала не поняла – думала, он мне сейчас напророчит чего-нибудь или наставление даст, а потом – хлоп рукой по лбу – давай рыться в карманах. Конечно же, духу нужны пожертвования. Как же дух без них?

Потом мы увидели человека с черным лицом и золотым ведром на голове. Вот он, наоборот, был очень важным. Все хотели получить его благословение, и вокруг него постоянно что-то происходило. И тут мы обнаружили керальца интеллигентного вида (это значит упитанного, в очках и как бы смотрящего на все со стороны). На наше счастье, он оказался секретарем храма Али Чамунди. Он стал нашей палочкой-выручалочкой. Он все пояснял и говорил, что будет происходить дальше. Еще он посетовал, что мы не можем (опять это западное «не можем»!) остаться на несколько дней, потому что сегодня будет совсем немного Тейяма, зато в последующие дни все больше и больше.

Тот «человек с черным лицом», оказалось, и был дух колдуна Али. Событием этого дня был ритуал изгнания злого духа. Для этого к Али подводили мужчин, они говорили ему свое имя, и Али начинал танцевать с мечом руке перед своим собственным алтарем. После чего он вручал человеку короткий меч и что-то завернутое в белую ткань (наверное, то был злой дух), все это человек должен был утопить в океане. Так как побережье располагалось далеко, исцеляющихся увозили и привозили обратно на машине. Должно быть, раньше эти несчастные ходили до океана пешком, но современная цивилизация ускорила процесс экзорцизма.

Как только очередь одержимых иссякла и дух Али отправился давать благословения всем страждущим, я подошла к алтарю Али посмотреть на божество... и вздрогнула. Я увидела себя! На том месте, где по идее должна быть ниша с божеством, висело... зеркало! Интересно, есть ли за этим зеркалом вообще какое-то божество или само зеркало всегда выполняет его роль, когда дух Али появляется во плоти во время фестиваля Калийята? Ведь у мусульман идолопоклонство, мягко говоря, не принято.

У входа в храм толпились прихожане в надежде получить наставления и благословения чернолицего духа (там я заметила и мусульманок), а на основном поле действа возникла пауза. Мы уже почти освоились здесь и спокойно наблюдали за обстановкой. Перед святилищем богини Чамунди установлен столб, который по случаю фестиваля украсили кокосами и цветами. На столбе висела огромная тряпичная кукла какого-то усатого дядьки. Это и был колдун Али. Тут же начали разводить костер. Жара в 40 с лишним градусов и костер как-то не вязались друг с другом. Невыносимо было смотреть. И я побрела к браминам, которые что-то там колдовали с цветочками. Оказалось, они украшают головной убор для Тейяма. Они делали цветочные гирлянды, действуя настолько кропотливо, неспешно и спокойно, что, казалось, они закончат украшение аккурат к концу фестиваля. Не верилось, что через час этот наряд уже будет завершен. Под следующим навесом я обнаружила мужчину, лежащего ничком, то есть, в позе шавасаны, ему расписывали лицо. Так же кропотливо и без спешки. Тончайшей кистью. Рисунок очень тонкий, со множеством мелких орнаментальных деталей. Он гораздо более сложен, чем грим танцоров Катхакали. Основной цвет – ярко-оранжевый с небольшими вкраплениями черного, бордового и желтого. И это только один из нескольких сотен вариантов грима в традиции Тейям!

Поистине, время фестивалей Тейям по всей северной Керале – это живая демонстрация декораторского мастерства керальцев. Это целые месяцы «высокой моды» в прямом смысле. Ведь речь идет об облачении и гриме богов и духов, высших существ. А невероятных форм и размеров головные уборы – вообще отдельная тема.

Пока я наблюдала за движениями кисти художника, под навес вошел дух Али. Он решил передохнуть и пожевать немного бетеля. Типа, мы не брамины, нам можно. Его головной убор и впрямь напоминал золотое ведро.

Тем временем исполнитель роли Шри Чамунди облачался в несколько слоев юбок. При ближайшем рассмотрении они оказались отнюдь не тряпичными, а сделанными как бы из плотного картона. Вообще весь наряд богини – это сплошная вариация на тему красного цвета. Кто был тот гений, чье природное эстетическое чутье привело к созданию столь невероятно прекрасного и сильного образа? Имя ему – народ?

События развивались все более динамично. Возле храма богини Чамунди выстроилась гвардия браминов. Костер догорел, но угли пылали. Вдруг со стороны алтаря выбежала тройка браминов и направилась прямо к углям. Тот, который был в центре, прошелся по ним, двое других поддерживали его с двух сторон. Казалось, он был в трансе. За ними показались еще трое, и сцена на углях повторилась. В «Раф гайде» говорится, что увидеть хождение по углям на фестивале Тейям – большая удача. Мы об этом тогда не знали и просто приняли эту «удачу» как факт. Потом выстроилась процессия из браминов и членов общины, одетых в красное и вооруженных кривыми мечами и щитами. В центре группы находился сухой старик, он нес на голове фигурку божества Чамунди. Он, похоже, тоже был в трансе – глаза были закрыты, его била мелкая дрожь и при этом он шел вместе со всеми и слегка пританцовывал.

Наконец, показалась сама богиня. Она ступала тяжело и в то же время энергично. Ее пятки при каждом шаге как будто хотели врезаться в землю. Она потрясала кривым мечом и вращала черными глазами. Она деловито ходила вместе с процессией вокруг храма, то и дело вращаясь и слегка пританцовывая. Иногда она останавливалась перед людьми или перед членами общины, что-то строго выговаривая. Досталась и мне «пара ласковых» и несколько цветочных лепестков от Шри Чамунди. Люди говорили, что это были слова благословения. А выглядело так, как будто наругала. Что ж, боги, наверное, должны выглядеть грозными.

А потом было кровавое жертвоприношение. Богине поднесли курицу, и она принялась перерезать той шею. Видимо, куриная шея оказалась слишком крепкой, и тут на помощь поспешил маленький зеленоухий бхута. Он в два счета свернул куре голову голыми руками, - так быстро и технично, что мне стало несколько не по себе.

Под конец этой «божественной прогулки» Чамунди станцевала небольшой танец перед храмом. Она неистово кружилась на месте, а ее огромная шляпа балансировала в воздухе. Из-за шляпы тело богини тоже слегка бросало из стороны в сторону. Это выглядело как вихрь, как торнадо. Красиво со стороны, но на пути лучше не стоять.

На этом очередной день фестиваля Калийята в Арикади был завершен. И нас пригласили принять прасад вместе со всеми паломниками в специально организованную «столовую» фестиваля, где раздавали пищу всем желающим. Это был простой, но совершенно полноценный и вкусный обед с рисом и очень острым сабджи, кажется, там было еще что-то. Мы пообщались с семьей повара – на фестивале он безвозмездно служит поваром и раздает еду паломникам, а в обычной жизни у него нормальная хорошо оплачиваемая работа.

Нам понравилось, как все на этом фестивале было организовано. Каждый участник хорошо знает свою роль в этом спектакле – все происходит без спешки, но вовремя. Сейчас я не понимаю, почему мы не остались в Арикади до конца фестиваля и не увидели очень многое из местной разновидности Теяма. Мы не увидели танцы местных духов, а также кульминацию фестиваля – встречу богини Чамунди и духа Али. Но тогда, наверное, были причины сразу вернуться в Гокарну, проведя всего лишь день среди жителей Арикади и духов северной Кералы.

Хочу от всего сердца поблагодарить секретаря храма Али Чамунди Кшетрам Джаякумара К. М., который не только делился с нами информацией, пояснял и рассказывал, но еще был внимателен, доброжелателен и гостеприимен.

Фоторепортаж здесь: ../indiya/44_2099_0.html
Помощь сайту
Войди или зарeгиcтpируйся, чтобы писать
Случайные топики
Новое на Форуме