Форум Блог Новости Путеводитель   Реклaма

Chickabiddy › В пути - Китай

Карма 114
Ответить
19.04.2012
19.04.2012 года

Незадолго до полудня 16 апреля мы пересекли китайскую границу. Нам повезло: машина, которая подхватила нас километров за пятьдесят от приграничного городка Батен, шла в Китай, и водитель провёз нас ещё на сто пятьдесят километров вглубь Китая. Везти продолжило и дальше: первая же машина, которая остановилась буквально через пять минут ожидания, шла прямо в город Кунминь – центр провинции Юннань, куда направлялись и мы. Так началось моё знакомство с Китаем.

Китай – удивительная страна! Синтез высоких технологий и страшного бюрократизма, сплетение традиций и западного образа жизни, страна, где живут очень умные люди, и страна шаблонного мышления, страна алгоритма и послушания, страна муравьиного трудолюбия – всё это современный Китай!

Первые минуты на границе: иммиграционная карточка заполняется автоматически. Подносишь паспорт к сканеру, вводишь номер визы, распечатываешь документ – всё! Ухоженная приграничная территория: цветы, кустики, до блеска выметенная дорога. И в тоже время: обмен валюты - только в филиалах Банка Китая, для обмена необходимо заполнить две формы, причём каждая в трёх экземплярах – хорошо хоть, что они самокопирующиеся. Если сделал помарку или исправление – будь добр, перепиши. Квитанция на оплату кроссовок в магазине – тоже в трёх экземплярах. Впрочем, наверное, я скоро привыкну, и перестану всё это замечать, как не замечают этого сами китайцы, поскольку для них это норма жизни. И очень трудно без знания китайского языка.

От того перекрёстка, где нас подхватил этот опель, до Кунминя было около пятисот километров. Дорога шла через холмы, сильно виляя, то влетая на мосты, то вгрызаясь в темноту тоннелей. Машина плавно скользила по ней, а я просто смотрел в окно. Китай! Склоны холмов были покрыты аккуратными ярко-зелёными кустиками, залитыми солнцем. Рисовые уступы были великолепны и медитативны; такой была и сама дорога. Местами я прикрывал глаза, потом снова открывал, и мы всё мчались и мчались вперёд. Сделали остановку на обед, остановившись в небольшом ресторанчике. Водитель угощал нас, но как объяснить ему, что мне нужен вегетарианский обед? Впрочем, в карточках, специально приготовленных для Китая, нашлось нужное слово, и я тихо наслаждался рисом.

Приехали в Кунминь уже поздно вечером. Нас любезно довезли до нужного нам адреса. Остановились на вписке у ребят, которые здесь учатся. Они снимают трёхкомнатную квартиру почти в центре города, в большом жилом комплексе, утопающем в цветах и деревьях, за 300 долларов. А какой стол для чайных церемоний стоит у них в гостиной! Как здесь здорово собраться большой компанией и пить чай, и вести бесконечные разговоры!

Кунминь часто называют городом вечной весны. Он расположен на высоте около двух тысяч метров и отличается практически постоянной температурой в течение всего года, зимой здесь около 15 градусов Цельсия, летом – 24 градуса по шкале Цельсия. Многим такой режим понравился бы, я знаю, но мне здесь холодно. Организм, расслабленный тайским солнышком и привыкший к 30-32 градусам, ворчит и ругается. Что же будет в Тибете и Монголии? Привыкнет?

Кунминь – современный город. Весь центр его сейчас практически перестроен, и вместо старых зданий теперь красуются современные небоскребы из стекла и бетона. И почему-то, в отличие от российских, они не вызывают никакого отторжения, кажутся стоящими на своём месте. А иногда в современную реальность врывается древняя сказка.
Drolma ж
Карма 1491
Ответить
19.04.2012
chickabiddy
Китай – удивительная страна!

chickabiddy
Кунминь часто называют городом вечной весны

С прибытием! Фоточки приветствуются :)
Карма 114
Ответить
25.04.2012
Drolma
С прибытием! Фоточки приветствуются :)

Будут, но чуть позже.

21.04.2012 года

С этого дня началась бесконечная череда дорог, машин, гостиниц. Дорожная пыль крепко въелась в кожу лица, волосы, одежду. Мне снятся автомобили, серая пыль, фразы на китайском, снятся любимые люди, снится тёплое и ласковое солнышко, потому что теперь мне почти постоянно холодно.

В полдень 21 апреля выехали из Кунминя. К вечеру, сменив два попутных автомобиля, доехали до Панджихуа. Я уже говорил о том, что китайцы – умные люди, в то же время часто думающие по определённой схеме, и если есть что-то не укладывающееся в эту схему, то это может вызвать как ступор, сбой, так и сильное желание понять, разобраться в ситуации.

В этот день мы зависли на заправке часа на полтора-два, чем вызвали сильнейший переполох у персонала. Девушка, сотрудница АЗС, сначала на смеси китайского и английского долго спрашивала, что мы здесь делаем и куда едем, потом так и не поняв, позвонила кому-то из своих друзей, кто хорошо говорил по-английски, дала мне телефонную трубку, чтобы я всё объяснил. Не знаю, насколько мне это удалось, но после моего разговора она немного успокоилась.

Потом, остановив вторую машину, мы снова столкнулись с подобной ситуацией. Водитель долго пытался понять, куда же мы едем и почему именно таким способом, потом он позвонил кому-то, дал телефон нам, и ситуация прояснилась. Но не до конца. Мы просили его довезти до какого-нибудь дешевого отеля, однако он остановился у отеля «University», где самый дешёвый номер стоит свыше 100 долларов. Там нас встретил человек, местный школьный учитель. Нас заселили в отель, накормили чудесным ужином, а на утро – завтраком, не взяв при этом ни копейки. Сейчас я понимаю, что ночёвка в этом отеле была отдыхом перед дорогой, которая нам предстояла.

Утром следующего дня этот учитель довёз нас до выезда из города, и начался следующий день дороги. Всё так же мимо скользили автомобили, которых мы обгоняли, километры уходили прочь, а мы мчались всё дальше и дальше. Ненадолго зависли в городке Шимиан, где пили чай, сидя на скамейках у продуктового магазина. Мимо то и дело пробегали стайки школьниц, и, видя двух европейцев и немного смущаясь и волнуясь, они обращались к нам на английском, путая и забывая слова. Но старание их заслуживало похвалы.

- Как вас зовут?

- Сколько вам лет?

- Куда вы едете?

Забавляясь и веселясь, польщённые таким вниманием, мы честно отвечали на все вопросы.

Но вот и следующая машина, и ещё одна. В одном месте на дороге образовался завал, и мы ждали минут сорок, когда его уберут. Стемнело. Мы ехали дальше, от дороги осталось только одно название, а за окном автомобиля образовался поистине апокалипсический пейзаж. Строительная техника, какие-то трубы и адская пыль, заполняющая собой всё пространство. В этой пыли нам предстояло ехать ещё несколько дней. И все эти механизмы во внешнем мире урчали, двигались, словно были живыми. Может быть, они и были живыми? Иногда мы останавливались, пропуская встречную колонну автомобилей в тех местах, где невозможно было разъехаться. И вот так, словно во сне, мы приехали в город Кандинг.

Было уже около 11 часов вечера. Хотелось спать. Дул пронизывающий ветер, забирающийся в штанины. Временами накрапывал холодный дождь. Нашли дешёвую китайскую ночлежку, где за 20 юаней с человека, нам выделили небольшую комнату. Да, контраст с отелем «University» был космическим! Дощатая дверь, картонные стены, мягко говоря, не очень чисто, общий туалет с огромной лужей грязной воды на полу и шваброй, зачем-то висящей на двери. Для того, чтобы закрыть дверь, швабру надо было подтолкнуть, а прикасаться к ней совсем не хотелось. Впрочем, накопившаяся за день усталость дала о себе знать, и мозг быстро перестал реагировать на мелочи быта. Несколько минут спустя я уже крепко спал.

Утро 23-го апреля было солнечным и тёплым. И спустя несколько минут после выезда из города высоко над головой засверкали снежные вершины гор. Солнечные лучи отражались от них, вершины нестерпимо блестели и звали к себе, наверх, туда, где исчезают границы, где есть только ветер и безграничная свобода, где пространство расширяется и рвётся на части, образуя фрактальные узоры, где нет ничего и где есть всё. Пространство гор и пространство океана – на границе двух миров живёт моё сердце.

Вскоре в нашу машину подсел китаец, также путешествующий автостопом и тоже направляющийся в Тибет, а оттуда – в Дхарамсалу. Он представился Джоном – сказал, что нам так будет проще, сказал, что он буддист, и в прошлом году уже совершал паломничество в Лхасу, а теперь мечтает увидеть Далай Ламу. Джон вышел из машины у какой-то ступы, но судьбой было предназначено встретиться нам вновь.

Мы же ехали дальше. Дорога шла через перевал 4400 метров, и нам пришлось подождать там некоторое время следующую машину. Холодно, чёрт побери! Забрал нас оттуда водитель грузовика, знающий всего лишь одну фразу на английском. «I love you». Он повторял её всю дорогу, пока мы с ним ехали. Автомобили менялись, не менялась лишь дорога. Кочки, выбоины, ямы и пыль, бесконечная серая пыль. Временами видимость сокращалась до одного метра, и тогда мир вокруг исчезал. И ещё вокруг была стройка. Надо отдать должное китайцам: почти на всём протяжении 318 Тибетской трассы они что-то делают, ремонтируют, латают. Впрочем, горы не дают расслабляться ни на минуту.

На долгое время зависли в Янжинге, где, в итоге, и переночевали. Пока стояли на трассе, к нам подъехали полицейские, спросили, что мы здесь делаем, куда едем, переписали данные паспортов и виз. Всё предельно корректно и вежливо. Темнело, и мы решили здесь заночевать. В городе снова встретили Джона, и он нам очень помог в выборе жилья и еды.

Утром двинулись дальше. Какую-то часть путь проехали вместе, а потом разделились. Дорога вилась всё вверх и вверх, открывая пейзажи один красивее другого. Снежные вершины переходили в бежевый цвет пустынь, тот сменялся тёмно-зелёными хвойными лесами, издали казавшимися почти коричневыми. Меняло цвет и небо: с ярко-голубого, прорезанного чёткими линиями белых облаков, напоминающих плюшевые игрушки, оно превращалось серо-свинцовое, угрюмое, низко нависшее над головой. В такие минуты к сердцу подступала жуткая тоска. Но тоска проходила, лишь лучи солнца пробивались к поверхности земли. Так, кружа по серпантину, через пыль и – временами - снег, мы выехали к Литангу.

Забыл сказать, что мы постоянно обгоняли китайских велосипедистов, также направляющихся в Лхасу. Временами я им завидовал, временами их было жалко, потому что я видел, через какие облака пыли им приходится ехать. И даже качество дороги не имеет большое значение, потому что есть своё удовольствие ехать именно по бездорожью. Но вот пыль!

В Литанге мы как раз остановились в хостеле, где и велосипедисты. С ними было любопытно пообщаться, и я проникся к ним ещё большим уважением.

Так вышло, что Литанг не отпустил нас сразу: полдня в нужном нам направлении не было ни одной машины. Что же, завтра – новый день!
Drolma ж
Карма 1491
Ответить
25.04.2012
chickabiddy

Круто! У нас прям клуб автостопщиков, в соседнем топике Октавы тоже в данный момент автостопом едут по Китаю :).
niil м
Карма 493
Ответить
25.04.2012
chickabiddy
остановился у отеля «University», где самый дешёвый номер стоит свыше 100 долларов. Там нас встретил человек, местный школьный учитель. Нас заселили в отель, накормили чудесным ужином, а на утро – завтраком, не взяв при этом ни копейки.

Китай тоже умеет улыбаться :)

Удачи в пути ! ;) интересно пишите :)
niil м
Карма 493
Ответить
25.04.2012
Drolma
в соседнем топике Октавы тоже в данный момент автостопом едут по Китаю :).

да ещё лихо как :)
Карма 165
Ответить
26.04.2012
Приветище тебе огромный! Нас на дороге в Китае сильно спасает напечатанный короткий текст на китайском о том кто мы и что мы хотим от водителя. Вот только главная трудность -о они никак не поймут ,что нас устроит и небольшое расстояние проехать с ними,даже когда мы еще раз показываем в бумажке тут часть текста ,где просим хотябы короткий отрезок пути нас подбросить. Было оочень смешно смотреть как запаниковал водитель ,который уже взял нас ,когда мы показали всю схему нашего переезда в сторону Урумчи и Казахсткой границы и ,который в истерично замахал руками ,мол не поеду я в Урумчи ! Еле успокоили.)))
Карма 114
Ответить
26.04.2012
oktava000
Приветище тебе огромный! Нас на дороге в Китае сильно спасает напечатанный короткий текст на китайском о том кто мы и что мы хотим от водителя

Привет и вам! У нас тоже есть такие бумажки, они и спасают. И трудности такие же, и иногда, несмотря на текст, у них всё равно не укладывается в голове такие сложные вещи.

Однажды в Китае

Он появился словно ниоткуда – белый, как лунь, старый китаец, такой, как обычно изображают таких китайцев в фильмах: седые волосы, длинная и узкая бородка, глубокие морщины на лице. Умный, пронзительный взгляд выцветших от возраста, когда-то иссиня-чёрных глаз, от которых не ускользает ни одна деталь. Одет он был в серый классический костюм, сидевший, впрочем, на нём несколько мешковато, под пиджаком – водолазка неопределённого цвета, на ногах – чёрные туфли. К этому времени я уже несколько часов бродил по Кунминю, оставив позади центральную часть с её небоскребами и бесчисленными торговыми центрами, заполненными всевозможными модными брендами, и углубился в жилые кварталы. Дома, деревья, снова дома и снова деревья. Высокие кустарники, сверху донизу покрытые фиолетовыми цветами, немного похожими на сирень, но без её тонкого аромата; деревья, названия которых я не знаю, разлапистые и пушистые, издали похожие на сказочных существ – ветер колыхал их ветвями, создавая иллюзию движения настолько реальную, что я несколько раз останавливался в удивлении, ожидая услышать скрип их шагов возле себя. Но движения повторялись снова и снова, и я понимал, что это всего лишь деревья. Иногда возле оград вдруг появлялись кусты роз, и я замирал, восхищаясь их неземной красотой. И дома, живые дома, окна которых смотрели на меня, спрашивая друг друга, что забыл здесь этот странный чужеземец?

И вдруг я наткнулся на него. Мне показалось вначале, что это фонарный столб. Нет, человек. Я хотел уж извиниться, но он посмотрел на меня так, что по моей спине побежали холодные мурашки, и произнёс несколько слов. На китайском, конечно. Конечно, я ничего не понял.

- Извините. Я не понимаю. Вы говорите по-английски?

Старик разразился длинной тирадой. В ней не было гнева или злости, не было обиды, но что-то древнее и сказочное. Фраза обладала собственным запахом, в котором смешались дым ароматических палочек, немножко дыни, что-то неопознанное... и ещё она пахла драконами. Старик замолчал, а я только развёл руками. Он улыбнулся, сделал несколько шагов, посмотрел на меня и махнул рукой, приглашая следовать за ним.

Я чувствовал себя, словно во сне, настолько всё это было нереальным, и даже незаметно ущипнул себя за руку. Было больно: значит, это не сон, а реальность. Кол****ся я несколько мгновений и последовал за китайцем. Несмотря на свой возраст, шёл он довольно быстро, и я едва поспевал за ним. Когда я отставал, он останавливался, смотрел на меня, улыбался и что-то едва слышно бормотал. Пространство вокруг постепенно менялось. Или не постепенно, а вдруг – я не мог осознать скорости этого изменения, всё расплывалось и терялось в жёлтом свете фонарей, внезапно вспыхнувших на этой улице. Стрелки часов показывали без четверти пять, ещё слишком рано для фонарей, рано для сумерек, быстро сгущавшихся вокруг. Дрожа и мерцая, менялись здания на улице. Исчезали многоэтажки, превращаясь в двух-, трёхэтажные дома; первые этажи домов, выходившие на улицу, представляли собой бесчисленные лавки, заваленные всевозможной утварью: бронзовая и серебряная посуда, старинная одежда, самых невероятных фасонов и цветов, декоративные предметы, древние книги, покрытые паутиной прошедших веков, лекарства и снадобья, способные излечить от всех болезней – так мне казалось. Повсюду курились благовония, и воздух, наполненный их тонким ароматом, был тёплым, густым и плотным, им невозможно было надышаться. Изменилась и улица, она стала уже, теснее и приветливей и заполнилась людьми. Все расы и национальности, дети и старики – здесь были все. Но, конечно, больше всего китайцев. Вот рядом с лавкой, где продаётся посуда, стоит столик, за ним четверо китайцев увлечённо играют в Маджонг, рядом сидит гадалка и раскладывает определённым образом карты, далее ещё столик и за ним играют в нечто, похожее на шашки, но это не шашки. Толчея, сутолока, теснота, но теснота не раздражающая, а зовущая. В неё хотелось погрузиться, в ней хотелось затеряться, хотелось стать её частью, пусть и ненадолго. Но старый китаец уверенно шёл вперед, и мне приходилось следовать за ним, лишь заворожено посматривая по сторонам и удивляясь всему вокруг. Вот явно курильня опиума, вот публичный дом, вот... Не хватает слов, чтобы описать всё это, а многое я видел вообще впервые. Небольшой цирковой балаган. Изящно сделанный палантин, из-за завешенных шёлком окон которого виднеются чьи-то грустные глаза.

Улица стала тише и темнее. В бархате ночи поблёскивали звёзды. Старик замедлил шаг, а потом остановился у небольшого трёхэтажного дома, окна которого были погружены в молчаливую темноту. Напротив дома горел фонарь, и я смог рассмотреть резную дверь, ручку на двери в виде головы дракона, наполовину прикрытые ставни, покрытые толстым слоем старой краски. Краска местами отколупывалась, и за ней были видны цветы. Старик толкнул дверь, и она с тихим скрипом отворилась. За ней виднелись три деревянные ступеньки, ведущие вниз. Он жестом пригласил меня следовать за ним. Как только я спустился, дверь сама по себе с тем же тихим скрипом, словно приветствуя нас, закрылась. Китаец зажёг небольшую, похожую на керосиновую, лампу, и комната озарилась её подрагивающим светом.

Я постараюсь описать эту комнату, какой она мне запомнилась, но за точность деталей отвечать не берусь – всё было так необычно, так волнительно.

Слева и справа от входной двери были окна, прикрытые теми самыми ставнями, о которых я говорил выше. Окна казались очень глубокими, словно наполненными водой, по поверхности которой то и дело бегают блики и всполохи. Остальные стены были уставлены шкафами, заполненными всевозможными пробирками, банками, склянками, пустыми и с какими-то разноцветными жидкостями, на некоторых полках в творческом беспорядке валялись различные камни и минералы, один из шкафов представлял собой миниатюрный склад посуды, но больше всего было книг. Мне казалось, что я попал в небольшую, но очень хорошую библиотеку. На корешках книг я видел надписи всех языках мира, в том числе уже давно умерших. Некоторые книги были покрыты пылью и выглядели очень, очень старыми, некоторые смотрелись так, будто только что вышли из печатного станка.

Прямо напротив входа была дверь, к которой вели три ступеньки, а над дверью висела картина. Изображена на ней была яркая луна, заливающая бледным светом пространство, высохшее дерево, широко раскинувшее свои ветви, и рыжий лис, сидящий под деревом и тоскливо смотрящий на луну. В центре комнаты стоял квадратный массивный стол, окружённый четырьмя стульями. В центре стола как раз и стояла та лампа, а сам он был завален книгами и рукописями. Особое моё внимание привлёк толстенный фолиант, раскрытый приблизительно посередине.

Китаец повелительным жестом указал мне на один из стульев, а сам скрылся за дверью. Я присел на краешек стула, всё ещё не веря, что это происходит со мной, и оглядывался по сторонам, стараясь запомнить как можно больше, прежде чем это мир навсегда исчезнет. И я слышал, чувствовал странный зов из книги, лежащей передо мной на столе. Я склонился над её разворотом. Буквы завертелись перед глазами, стали складываться в слова, но я не успел прочитать ни одного.

- Мяу! – с ближайшего шкафа прыгнул на стол огромный чёрный кот, посмотрел на меня поблёскивающими зелёными глазами и скрылся под шкафом. На какой-то из полок в каком-то шкафу вдруг заскрипели часы и натужно пробили восемь. Где-то заухал филин, откуда-то донёсся лай лисицы. Отворилась дверь, и в комнату вошёл старик с чайником в руках.
niil м
Карма 493
Ответить
26.04.2012
а дальше ...... я прямо завис ..... рекламная пауза совсем не во время :)
Карма 461
Ответить
26.04.2012
chickabiddy

Хорошо рассказываете. Завидую вам. По хорошему . :)
Помощь сайту
Войди или зарeгиcтpируйся, чтобы писать
Случайные топики