Noka ж
Москва |
6 июн 2007 21:50
Загадочное горное королевство Непал, окруженное сверкающими на солнце ледниками Гималаев, удивительно еще и своей эклектичностью. Пестрота Непала сразу бросается в глаза: более 80 этнических групп, отличающихся языком, религией, ростом и цветом кожи; люди разных каст и профессий живут здесь на протяжении веков. Отсюда и удивительное смешение стилей в еде, одежде, музыке и архитектуре. «Фьюжн» необычных по своей простоте и актуальных по сей день непальских стилей зодчества уникален еще и тем, что большинство из «ингредиентов» этого архитектурного коктейля не встречается ни в чистом виде, ни в каких бы то ни было сочетаниях, больше нигде в мире.
Успех непальской архитектуры в мире – плод кропотливого труда и несомненного таланта местных профессионалов-«деревянщиков». Прогуливаясь по улицам королевства, поражаешься, насколько огромная роль при постройке храмовых комплексов, дворцов, да и просто жилых домов отведена дереву. Особенно показательна в этом отношении долина столицы Непала – Катманду. Включенные во все мировые путеводители площадь Дарбар и близлежащие улочки украшены поистине вездесущей резьбой и витиеватыми традиционными «кружевами» из дерева.
Между прочим, само слово «Катманду» восходит своими корнями к дереву: название столицы королевства произошло от названия древнего храма Кастамандап, расположенного в самом сердце города. Название культового сооружения дословно переводится с непальского как «постройка из дерева».
Так что, пожалуй, во всем мире не найти столь последовательных архитектурных традиций – несмотря на относительно малую прочность дерева, строят здесь веками именно из него, а не из камня. Конечно, такие постройки при всей своей красоте чаще нуждаются в реставрации – но королевство богато не только традициями, а и уникальными мастерами. Муни Радж, 65-летний зодчий, занимался на своем веку и реконструкцией древних храмов, и строительством новых современных зданий. Радж – один из немногих столяров на земле, способных построить настоящее произведение искусства без единого гвоздя или какого-либо клеящего материала.
— Муни, скажите, пожалуйста, как для вас все начиналось?
– Я родился в семье среднего достатка, но кроме меня отцу приходилось кормить еще шестерых братьев и сестер, поэтому образования я так и не смог получить. Мне кажется, что любовь к дереву у меня с самого рождения. Мой дедушка держал небольшую ремесленную лавку и всю свою жизнь посвятил резьбе. Семейную традицию продолжил мой отец, но, к сожалению, и он, и мой дед покинули этот мир слишком рано, задолго до того, как я смог овладеть мастерством столяра. Пришлось учиться самому и полагаться только на свои силы.
– Что стало отправной точкой для вашей профессии?
– Некоторое время я работал в маленькой столярной мастерской «Удъйог Четтра» в Катманду. Помимо ежедневной рабочей рутины, мы с моими товарищами уделяли особое внимание большим и «долгоиграющим» проектам реставрации и восстановления непальских храмов и дворцов. Тогда я как раз и понял, что резьба по дереву – неотъемлемая часть моей жизни. А главное – мне очень нравится то, что я делаю! (смеется)
– Какие именно проекты вы выполняли? Расскажите о вашем первом серьезном проекте!
– В самом начале моей работы дела шли не слишком хорошо. Было несколько неприятных историй с клиентами, которые не заплатили за работу. Времена были трудные, но я ни в коем случае не хотел отчаиваться и продолжал искать новых заказчиков. Случалось даже, что иногда к нам в мастерскую приходили якобы клиентские «представители», а оказывалось, что это обычные мошенники. Нас обворовывали и даже однажды угрожали. Тем не менее, в 1983 году один из заказчиков уговорил меня отправиться в Германию, в Мюнхен, чтобы взять под свое руководство проект дизайна и постройки традиционного непальского храма.
Это был первый аутентичный буддийский храм, построенный вне территории Непала. Работа захватила все мое время и внимание почти на три года – первые два года были самыми сложными, а в течение последнего года в Германии я занимался финальными деталями фасада и резьбой крыши. После возвращения в Непал я занялся разработкой собственных проектов. В нашей деревне есть всего одна лавка, торгующая бумагой, школьными тетрадями и канцелярскими принадлежностями. Я всегда забирал всю бумагу, а однажды ее не завезли и мне пришлось заканчивать чертеж на школьном аттестате моей дочери (смеется).
– Какие храмы вы отреставрировали на родине, в Непале?
– В разное время я занимался храмовым комплексом на Мангал Базар в столице, ездил в Тангал, Бхактапур и другие места, руководил проектом известного храма Вишваруп в том же Катманду от начала постройки до самого открытия. Мое «портфолио», как сейчас это модно называть, занимает целый чердак. Каждый листик бумаги и чертеж – на вес золота. Приходится «воевать» с женой, поскольку она всегда норовит навести на чердаке порядок и выбросить мои бумаги (смеется).
– Как профессионал своего дела, скажите, какое будущее у столярного дела в Непале?
– Вы знаете, многие архитектурные школы считают, что резьба по дереву – пережиток прошлого. Но я уверен, что у этого вида искусства есть огромный потенциал для того, чтобы занять свою нишу в современной архитектуре. Многие местные и зарубежные журналы (мне их друзья из Европы привозят) уже сейчас печатают статьи о пользе дерева и преимуществах резьбы как в классических примерах строительства, так и в оригинальных моделях современного стиля. Приток туристов в королевство тоже способствует развитию непальских ремесел – я встречал не одну группу путешественников, проявивших желание научиться азам резьбы по дереву. Я лично знаком с несколькими архитекторами, изучающими непальские храмы. Непальская архитектура выходит на мировую арену, и меня, как мастера, это только радует.
– Вы следите за мировыми тенденциями в архитектуре?
– Да, по мере возможности я стараюсь быть в курсе новинок. Но все новое – это хорошо забытое старое. Я сужу по своим заказам. Многие гостиничные сети вкладывают деньги в строительство традиционных домов, уделяя отдельное внимание отделке окон и дверей. Вы наверняка заметили такой прием, как кирпичное или деревянное обрамление ставней и проемов – это исконно непальский элемент «Буттэ этта», который присутствует во всех древнейших храмах королевства. «Буттэ этта» весьма популярна на западе, так испанские дизайнеры создают модели ванных комнат и каминов, используя этот архитектурный прием. Дизайнерские рынки Америки, Великобритании и Сингапура заинтересованы в резьбе по дереву, но к сожалению, столяров в Непале для работы на высоком уровне недостаточно.
– Как же исправить ситуацию?
– Понимаете, искусство резьбы по дереву передается у нас из поколения в поколение, как семейная традиция. Развитие ремесла напрямую зависит от количества открываемых школ и столярных мастерских, а также от желания самого ребенка перенять навыки от отца. Современная молодежь все больше предпочитает бизнес и компьютеры. В этом нет ничего плохого. Мне кажется, новое правительство Непала должно обратить особое внимание на развитие столярного мастерства – это единственный способ сохранить древнюю традицию и донести ее секреты до наших внуков и последующих поколений.
http://sob.ru |
